Skip to content


Тактический

В подъезде было чище, чем обычно, даже почти свежо, пахло мокрой пылью. Надписи маркером на стенах исчезли, но корявые теги аэрозольной краской никуда не делись и были видны теперь еще четче. Игорю опротивели стены подъезда: «Блин, из-за этих недохудожников к нам и отношение такое. Не умеешь рисовать – не рисуй! Хочешь стать нормальным графером – тренируйся на нычке . Из-за них бабушки вцепляются в мое горло. А я то что? Я этого не рисовал. Я «рисую», не развожу мазню. Хоть бы одна сначала результат увидала. Эти бабушки! И преподы! Вспоминать противно. Тоже мне, передовой университет! Авангард мысли! Набрали старперов. У нас авангард тормозит развитие. Это я, значит, хулиган и террорист? Тоже мне! Смогли бы из себя выдавить хоть капельку творческой мысли? В футляре! Все в футляре!» Он со злостью повернул ключ, замок громко щелкнул. За дверью раздалось неистовое мяуканье.

– Тише Парик, тише.

Кот Паровоз черный, как уголь, пытался протиснуть голову в дверь и выскочить поваляться на коврике перед входом. Он одновременно истошно мяукал и мурлыкал, хвост смотрел в потолок, а глаза говорили о том, что проснулись несколько секунд назад. Чтобы не выпустить кота, Игорь отталкивал его одной ногой, запрыгивая на второй внутрь. В пакете звенели бутылки. Игорь поставил пакет на пол и закрыл дверь. В коридоре висел полумрак, разбавленный полоской света из-под двери. Игорь скинул кеды и пошел с пакетом на кухню.

- Ничего, преподишки, уже ничего, я защитился, больше вас не увижу. Тем более… Парик! Да, покормлю я тебя! Не мельтеши под ногами. Не мельтеши, говорю! Только не рассказывай про рельсы. Паровоз, тоже мне… Парик, блин!

Маленькая кухня имела максимально возможный минимум мебели и посуды, но выглядела обжитой. В углу рычал обклеенный стикерами холодильник, под ногами почти рычал Паровоз. Игорь поставил пакет и достал сухой кошачий корм.

- Тебе опять повезло. В связи с, как бы так сказать, делами, сегодня снова готовить не буду. Кушай корм. Приятного аппетита.

Оставив кота, Игорь прошел в единственную свою комнату, в полутьме добрался до окна и раздвинул плотные шторы. Свет проник в помещение и ярко осветил царивший там бардак. Была заправлена постель и аккуратно убран стол, но остальное пространство завалено чертежами, фотографиями разукрашенных стен и городских пейзажей, коробками из-под аэрозольной краски, книгами различных мастей и жанров, научными и мужскими журналами и всяким мелким хламом. На стенах висел весь графический материал его диплома на листах больших форматов и бинарные часы.

Игорь пробежал глазами по руководству для пользователя Передатчиком Импульсным Универсальным. Ему нравилась аббревиатура ПИУ, она представлялась ему звуком выстрела какого-нибудь космического лазерного оружия.

В комнату облизываясь, вошел кот Паровоз и сел перед хозяином.

- Ну что, доволен? Довольный кот – хороший кот.

Паровоз в ответ приподнял голову, прикрыл глаза и снова замурлыкал. Игорь включил телевизор. На экране появился бесконечный телемагазин, в котором бесконечно одинаковыми словами бесконечно повторялось одно и то же: «Только у нас, только сегодня вы можете приобрести товар вдвое дешевле. Теперь это может позволить себе каждый! Позвоните прямо сейчас, и дополнительно получите…»

Игорь хмыкнул.

- Ты слышал, Парик? Тоже мне вдвое дешевле! В «Сделай сам» комплектующие копейки стоят. А какое удовольствие, самому собрать! И вообще…

Тут раздался звонок в дверь. Кот сидел напротив Игоря и внимательно его слушал, но по звонку, как спринтер с низкого старта, рванул к двери. Звонили фигурно, стараясь наиграть этим дребезжащим звуком мелодию. Игорь не спрашивая, кто там, открыл дверь.

- Здорово, Вася. Парик, куда собрался? Давай в дом! Заходи, Васек. Обувь можешь сюда поставить. Парик, домой! Рановато ты.

Вася бодро зашел в комнату.

- Удивлён твоим приглашением. Не мог ждать, думал, может, случилось чего, — Вася огляделся. – Сколько времени прошло, а у тебя ничего не поменялось. Как ты это называешь?

- Творческий беспорядок.

- Точно. Все точно так же, только игрушек прибавилось, — Вася взял со стола паяльник. – Чем порадуешь? Что нового?

- Ты сам все знаешь. А что не знаешь – сегодня увидишь.

- Ты поподробней показывай. А то мы совсем тебя из виду теряем, — Вася ходил по комнате с паяльником в руке и рассматривал ее содержимое. – Не нравится мне, в какую сторону ты меняешься. Помнишь первые курсы? Как мы отжигали! Приколы, девчонки… О! Твой диплом. До сих пор висит… Это сейчас ты из себя Игоря Евгеньевича строишь. А тогда свое прозвище помнишь? Игра! Светка придумала, чтоб вас вместе называли Игра Света. А твое: «Кто не Игра – тот проиграл!» Человек – перл! Вот это времена были! Сейчас из тебя слова не вытянешь. Только с кошкой своей общаешься. Скучный ты стал. Сидишь все время, молчишь

- Філософ має мислити та споглядати світ.

- Don’t understand.

- Это значит, что болтать – последнее дело, Вася.

- Это по-каковски?

- По-украински. Язык красивый, рекомендую. А кошка, в смысле, кот – отличный собеседник. Некоторым поучиться стоит. Слушает, не перебивает, с советами своими не лезет и никого кроме кота из себя не строит, — Игорь искоса посмотрел на друга. Вася заиграл скулами, значит разозлился.

- С советами? А сам ты ничего только что не советовал? Нафига мне твой украинский? И вообще! Увлечения эти. Сколько ты уже из-за художеств своих отхватил! Это вот что такое? – Вася показал на паяльник.

- Это паяльник. Чтобы паять.

- Не понимаю. Если ты не заметил, будущее уже наступило. Всё можно купить уже готовое. Всё! Зачем париться, самому в это влезать, копаться там, клеить, резать… паять!

- Ручной труд облагораживает человека.

- Скажите, пожалуйста! Ваше благородие, не соблаговолите ли дать ваши объяснения по поводу причины вашего столь срочного приглашения? Ваше Вашество!

- Всему свое время, — Игорь посмотрел на настенные часы. – Хотя, уже можно двигать.

- Ты хоть скажи, что там у тебя, — сказал Вася вдогонку уходящему на кухню Игорю.

- Васёк, включи логику. Если я тебе скажу, то это уже не будет сюрпризом, — Игорь вернулся с пакетом в руке. – На, ты понесешь это и…

- Что там?

- Там, как когда-то любили выражаться воины дяди Мыши и тети Клавы, пиффко. Твое любимое «Усатый морж», холодное, как ваши с Ленкой отношения… И вот это держи. Чтоб не слушать лишних вопросов и не давать, соответственно, лишних ответов, скажу сразу: это стулья. Туристические. Раскладные. Удобные, — Игорь отдал Васе сумку с характерным лейблом «Поход».

- Я смотрю, к тебе возвращается красноречие, человек-перл. Ты про Ленку того. Смотри, аккуратнее. А шутка хорошая. Эх, вот за что я тебя и люблю!

Атмосфера разрядилась. Друзья вновь стали друзьями.

- Парик, оставляю тебя за старшего. Телик не выключаю – общайтесь, — Игорь повесил на шею камеру, взял штатив и маленький серебристый дипломат. – Васёк, обулся? Выходи. Стой! Нам наверх.

По телевизору продолжалась та же реклама: «С управлением справится даже ребенок…» «Тоже мне», — подумал Игорь, вышел и закрыл дверь.

- Веди нас, Сусанин.

- Следуйте за мной, сэр.

Игорь жил в старенькой пятиэтажке, в доме не было ни лифта, ни мусоропровода. Недавний ремонт быстро оброс всеми гадкими атрибутами подъезда. Спасало только то, что раз в две недели подъезд тщательно убирался – один из жильцов имел какое-то отношение к ЖЭКу. Ребята поднялись на пятый этаж. Игорь закинул камеру за спину и вскарабкался по вертикальной лестнице к люку ведущему на крышу.

- Моё кун-фу сильнее твоего, о, злосчастная дверь в небо, — сказал Игорь и откинул цепь с замком. Замок был увесистым, а цепь плотно опутывала петли. Но это было всего лишь видимостью. Вся конструкция висела на одном крючке и легко снималась.

- Я залезу, а ты подавай мне ништяки.

- Нас не спалят? – поглядывая на двери, спросил Вася.

- Не дрейфь, лягуха, болото будет нашим.

Ребята забрались наверх и прикрыли люк. Горячая поверхность крыши липла к ногам и хрустела. Дом Игоря стоял на высоком берегу городской реки. С крыши открывался вид почти на весь город, вдалеке недавно обозначились очертания новых микрорайонов. Красное вечернее солнце висело низко и длинными тенями придавало объем домам, скверам, мостам и городу в целом.

- Здорово! – вскрикнул Вася. — Лепота! Пейзажи пиши! Ты хоть не хочешь порешить меня с вершины дома, с крыши уронив? Не надо. Я исправлюсь, честно. Никто не займет моё место, — припевал он и спотыкался о провода.

Игорь подошел  к краю и стал устанавливать штатив и камеру.

- Раскладывай стулья, расположимся здесь.

- Ну, хорошо. О, смотри, отсюда даже универ видно.

- Ага, — меланхолично откликнулся Игорь.

- Вон наш корпус. В следующий раз возьму свою оптику – посмотрим, чем декан в кабинете занимается.

- Это вряд ли, — сказал Игорь, набирая номер на телефоне. – Никто не берет. Это хорошо. Присаживайся.

Игорь открыл две бутылки пива, дал одну Васе, включил камеру и сам устроился на стуле. Их обдувал тихий теплый ветер. Воздух был плотным и ароматным и заставлял поверить в легкость собственного тела. Казалось, можно шагнуть за край крыши, но не упасть, а пойти дальше к реке, к облакам, к горизонту, за которым где-то далеко, наверняка, был океан. Под закатным солнцем все казалось теплым и мягким. Ровно шумел город, сливаясь с шуршанием листьев, на балконном козырьке, урчали голуби, с земли из-за деревьев доносились детские голоса.

- Нужно надеть, — Игорь протянул Васе очки, похожие на очки для плавания, только с круглыми сильно затемненными стеклами.

- Ништяк! Василио-базилио. Всегда себе таки хотел, — Вася надел очки и рассматривал солнце. Сквозь затемнение больше ничего не было видно. – А куда ты звонил? Мы кого-то ждем?

- В деканат.

- В деканат? – Вася повернул голову и уставился на Игоря, хотя сквозь очки не видел его. – Зачем?

- Понимаешь, Васёк, мир стоит на людях. Не на китах, черепахах или деньгах, а на людях. Не в целом на них, а на их низменных качествах, на отдельно взятых качествах. И выходит, что мир стоит на идиотах, врунах, жлобах, подонках!

- Ты чего? – попытался вмешаться Вася.

- А нас всю жизнь учат быть хорошими, добрыми, щедрыми, учат не врать, не задирать, не ругаться, не драться, делать уроки, помогать родителям. А сами в это время всё делают наоборот. Всё! А нас учат, чтоб нами пользоваться и чтоб себя успокоить, дескать, я сказал ему, чтоб рос хорошим, значит я сам хороший. И везде лицемерие. И никто ничего с этим не делает, потому что каждый вырастает и начинает делать то же самое. Врет и учит не врать! Ворует и учит не воровать!

Игорь стал путаться и запинаться. Вася смотрел в его сторону и молчал. Игорь остановился, подумал и продолжил уже спокойнее, даже слегка радостно:

- Не обращай внимание. Это не то. Помнишь, декан после защиты диплома подходил ко мне? Он тогда сказал: «Ну, вот видишь, Первицкий, нормального парня из тебя сделали. Я всегда знал, что выбью эту дурь с художествами. Наши студенты должны серьезными вещами заниматься, а не стены красить». Достал он меня. За все годы достал, а теперь еще точку поставил. Да что я говорю, вас тоже всех эти недолюди достали. Но знаешь, чем я от вас отличаюсь. Вы начинаете кричать, что вот, мол, диплом получу, и всё по боку будет, пойду и выскажу ему всё, что о нём думаю или возьму и на кабинете напишу, или еще что-нибудь. И хоть бы раз, хоть бы маленький разочек хоть бы кто-нибудь что-нибудь сделал. Слабаки! Смотри вперед.

Вася повернул голову в сторону универа. Он слышал, как щелкнули замки маленького серебристого дипломата, потом щелкнули какие-то кнопки. По спине пробежал холод, сдавило дыхание, онемел затылок и все тело. Такого глубокого страха Вася ещё не испытывал. В темноте за стеклом очков вспыхнула и быстро выросла точка. Огненный шар жил несколько секунд и горел ярче солнца. Свои светом он выделил очертания города, потом потух. Через несколько секунд на Васю налетела стена, воздушная стена, состоящая из звука, который обнимал и сдавливал каждую клеточку, каждую точечку тела. Стена не видела преград, она билась и разбивалась обо все, она перевалила через пятиэтажку и покатилась дальше.

Трясущимися руками Вася стянул очки. Над городом вдалеке стоял характерный гриб. Не было видно знакомого здания факультета. Игорь сидел рядом, смотрел вдаль и пил пиво. Все так же мягко светило солнце. Шумел город. Шумели листья. Раскрашенный закатом гриб ветром сносило на запад. Где-то высоко над городом летали фрагменты учебных аудиторий.

Кот Паровоз сидел перед телевизором полуприкрыв глаза и внимательно слушал рекламу: «Теперь это может позволить себе каждый! Но остерегайтесь подделок. Некачественный ядерный заряд может испортить вам праздник!»

via jc_hoppie

Posted in LJ.